Неточные совпадения
Анна в этот первый
период своего освобождения и быстрого выздоровления чувствовала себя непростительно счастливою и полною радости
жизни.
Это тело, лишенное им
жизни, была их любовь, первый
период их любви.
С той минуты, как при виде любимого умирающего брата Левин в первый раз взглянул на вопросы
жизни и смерти сквозь те новые, как он называл их, убеждения, которые незаметно для него, в
период от двадцати до тридцати четырех лет, заменили его детские и юношеские верования, — он ужаснулся не столько смерти, сколько
жизни без малейшего знания о том, откуда, для чего, зачем и что она такое.
Надо думать, что в этот-то
период своей
жизни он и развил в себе особенное уменье сколачивать и выколачивать деньгу.
Религиозное освящение плотской
жизни и ее элементарных материальных орудий свойственно всем натуралистическим религиям и самому христианству в натуралистическом его
периоде.
Остаются необъяснимыми
периоды богооставленности в
жизни исторической и в индивидуальной
жизни.
Мы должны сохранить веру, что после
периода погружения в материальную сторону
жизни и торжества материализма начнется
период более очищенный и направленный к духовности.
Можно установить четыре
периода в отношении человека к космосу: 1) погружение человека в космическую
жизнь, зависимость от объектного мира, невыделенность еще человеческой личности, человек не овладевает еще природой, его отношение магическое и мифологическое (примитивное скотоводство и земледелие, рабство); 2) освобождение от власти космических сил, от духов и демонов природы, борьба через аскезу, а не технику (элементарные формы хозяйства, крепостное право); 3) механизация природы, научное и техническое овладение природой, развитие индустрии в форме капитализма, освобождение труда и порабощение его, порабощение его эксплуатацией орудий производства и необходимость продавать труд за заработную плату; 4) разложение космического порядка в открытии бесконечно большого и бесконечно малого, образование новой организованности, в отличие от органичности, техникой и машинизмом, страшное возрастание силы человека над природой и рабство человека у собственных открытий.
Это —
период мучительный и трудный, в котором радость
жизни ослабевает.
Ныне мы вступаем в новый
период русской и всемирной истории, и старые, традиционные идеи не годны уже для новых мировых задач, которые ставит перед нами
жизнь.
Весь
период третьей республики был постепенным развитием мещанской
жизни, плодом безрелигиозного, атеистического духа.
Не может человек всю
жизнь чувствовать какое-то особенное и великое призвание и остро сознавать его в
периоды наибольшего духовного подъема, если человек этот ни к чему значительному не призван и не предназначен.
С этой ночи началась для Нехлюдова совсем новая
жизнь, не столько потому, что он вступил в новые условия
жизни, а потому, что всё, что случилось с ним с этих пор, получало для него совсем иное, чем прежде, значение. Чем кончится этот новый
период его
жизни, покажет будущее.
С тех пор и до нынешнего дня прошел длинный
период без чистки, и потому никогда еще он не доходил до такого загрязнения, до такого разлада между тем, чего требовала его совесть, и той
жизнью, которую он вел, и он ужаснулся, увидев это расстояние.
В этот
период его сумасшествия эгоизма, вызванного в нем петербургской и военной
жизнью, этот животный человек властвовал в нем и совершенно задавил духовного человека.
Так смутно думал Нехлюдов в этот
период своей
жизни; чувствовал же он во всё это время восторг освобождения от всех нравственных преград, которые он ставил себе прежде, и не переставая находился в хроническом состоянии сумасшествия эгоизма.
Это было действительно самое блестящее время петербургского
периода; сознание силы давало новую
жизнь, дела и заботы, казалось, были отложены на завтра, на будни, теперь хотелось попировать на радостях победы.
В мире не было ничего противуположнее славянам, как безнадежный взгляд Чаадаева, которым он мстил русской
жизни, как его обдуманное, выстраданное проклятие ей, которым он замыкал свое печальное существование и существование целого
периода русской истории. Он должен был возбудить в них сильную оппозицию, он горько и уныло-зло оскорблял все дорогое им, начиная с Москвы.
Вся
жизнь его была безусловным протестом против петровской Руси, против петербургского
периода во имя непризнанной, подавленной
жизни русского народа.
Собственно, бурного
периода страстей и разгула в его
жизни не было. После курса Педагогический институт послал его в Германию. В Берлине Грановский встретился с Станкевичем — это важнейшее событие всей его юности.
Артистический
период оставляет на дне души одну страсть — жажду денег, и ей жертвуется вся будущая
жизнь, других интересов нет; практические люди эти смеются над общими вопросами, презирают женщин (следствие многочисленных побед над побежденными по ремеслу).
Перед ссылкой в Вологду я пережил
период подъема и цветения, один из лучших в моей
жизни.
Петербургский
период моей
жизни очень связан.
У меня был пустой
период, в котором не было интересного для внутренней
жизни общения с людьми, не было и больших приобретений в области мысли.
Наиболее хотел бы я воскресить более светлые и творческие
периоды моей
жизни.
И именно дионисическое веяние привело меня к самому плохому, упадочному
периоду моей
жизни, который совпадает с последним
периодом ссылки и
периодом сейчас после ссылки.
Интересно, что христианский
период моей
жизни такого рода закала не создавал.
Книга «Смысл творчества» была книгой
периода Sturm und Drang моей
жизни.
Светлые
периоды моей
жизни чередовались с
периодами сравнительно темными и для меня мучительными,
периоды подъема чередовались с
периодами упадка.
Вспоминая пройденный философский путь, я ясно вижу в своей
жизни ритмичность:
периоды творческого подъема, горения и
периоды ослабления творческого подъема, охлаждения.
В разные
периоды моей
жизни я критиковал разного рода идеи и мысли.
Я был в известный
период моей
жизни а-теистом, если под атеизмом понимать анти-теизм, отрицание традиционных религиозных понятий о Боге.
Много раз в моей
жизни у меня бывала странная переписка с людьми, главным образом с женщинами, часто с такими, которых я так никогда и не встретил. В парижский
период мне в течение десяти лет писала одна фантастическая женщина, настоящего имени которой я так и не узнал и которую встречал всего раза три. Это была женщина очень умная, талантливая и оригинальная, но близкая к безумию. Другая переписка из-за границы приняла тяжелый характер. Это особый мир общения.
Только в начале московского
периода моей
жизни я впервые почувствовал красоту старинных церквей и православного богослужения и пережил что-то похожее на то, что многие переживают в детстве, но при ином состоянии сознания.
С ним были связаны мои студенческие годы, марксистский
период моей
жизни.
В петербургский
период моей
жизни у меня рано началось отталкивание от той литературной среды, в которой я главным образом вращался, и восстание против нее.
Все это совпало с очень несчастным
периодом моей
жизни.
После сравнительно короткого
периода очень интенсивного общения, а с З.Н. Гиппиус и настоящей дружбы, мы большую часть
жизни враждовали и в конце концов потеряли возможность встречаться и разговаривать.
В мое время еще недалеко зашел конструктивный коммунистический
период, еще была революционная стихия и тоталитаризм советского государства еще не окончательно захватил всю
жизнь, он распространялся главным образом на политическую и экономическую сферы.
Я был бунтарем не по направлению мысли того или иного
периода моей
жизни, а по натуре.
Лишь в последний
период, под конец
жизни, у Белинского выработалось совершенно определенное миросозерцание, и он стал представителем социалистических течений второй половины XIX в.
Вегетационный
период почти что кончился. Большинство цветковых растений завяло, и только в некоторых еще теплилась
жизнь. К числу последних относились: анафалис жемчужный, у которого листья с исподней стороны войлочные; особый вид астры, с темным пушистым стеблем и чешуйчатой фиолетовой корзинкой; затем заячье ушко — зонтичное растение, имеющее на листьях выпуклые дугообразные жилки, и, наконец, черемша с листьями, как у ландыша.
По-моему, вы выбрали особенно удачный момент для своего предприятия: все общество переживает
период брожения всех сил, сверху донизу, и вот в эту лабораторию творящейся
жизни влить новую струю, провести новую идею особенно важно.
Кета, или кита, рыба из лососевых, имеющая размеры, цвет и вкус нашей семги, населяющая северную часть Великого океана, в известный
период своей
жизни входит в некоторые реки Северной Америки и Сибири и с неудержимою силой, в количестве буквально бесчисленном, мчится вверх против течения, доходя до самых верхних, горных потоков.
Несколько лет спустя Лихонин сам в душе сознавался с раскаянием и тихой тоской, что этот
период времени был самым тихим, мирным и уютным за всю его университетскую и адвокатскую
жизнь.
Точно так же и петербургские зимы за тот же
период сказались в содержании первого моего романа, написанного в Париже уже в 1867 году,"Жертва вечерняя". Он полон подробностей тогдашней светской и литературной
жизни.
Его автор может (рядом и с Герценом) служить крупнейшим примером русского западника, который с юных лет стремился в Европу, там долго учился, там много писал в самый решающий
период его творчества, там остался на весь конец своей
жизни не как эмигрант, не по политическим причинам, а по чисто личным мотивам.
Все это я говорю затем, чтобы показать необходимость объективнее относиться к тогдашней
жизни. С 60-х годов выработался один как бы обязательный тон, когда говорят о николаевском времени, об эпохе крепостного права. Но ведь если так прямолинейно освещать минувшие
периоды культурного развития, то всю греко-римскую цивилизацию надо похерить потому только, что она держалась за рабство.
И вся литературная
жизнь столицы сводилась за весь этот двухлетний
период к нескольким публичным чтениям, где публика могла слышать Некрасова, Тургенева ("Довольно"), Достоевского, Полонского, Майкова, некоторых менее известных литераторов.
Опять — несколько шагов назад, но тот эмигрант, о котором сейчас пойдет речь, соединяет в своем лице несколько полос моей
жизни и столько же
периодов русского литературного и общественного движения. Он так и умер эмигрантом, хотя никогда не был ни опасным бунтарем, ни вожаком партии, ни ярым проповедником «разрывных» идей или издателем журнала с громкой репутацией.